Но вот и ты уходишь молча — зрячи выси:
Не оскорбил тебя ведь я и не обидел
Ни действом строк, скупых на лесть, в громаде писем,
Ни в адрес твой колючих слов, тебя не видя.

А что до дум моих шальных, пока дышу я,
И небо звезды с солнцем гладит облаками
К тебе одной, святой, любовь свою большую
От злобных глаз прикрою звучными строками.

Чтоб ты в краях безмолвных снов не знала горя,
Зажгу костры в Небытие душой своею,
И сразу там, где ты теперь, забрезжат зори,
И пустят цвет кленово-липовый аллеи.

Утихнет боль и разомкнутся тут же веки,
И я тебя увижу рядом, пусть и в думах,
Но ту, мою, от чьей улыбки даже реки,
Несутся вспять средь оглушительного шума.

И я коснусь твоих ланит ладошкой хладной,
И уберу с ресниц твоих устами слёзы,
И брошу высь тебе под ноги — я не жадный
Ни на стихи, где только ты, и ни на прозу.

Ты только будь, пусть даже там, где птичьи стаи,
Секут крылом в чужих краях чужую осень,
Где гроздья звёзд в выси чужой, сгорая, тают,
И оседают в тину фикусовых просек.

Ты только будь мечтой моей или надеждой
На отрицание средь мглы покоя мною,
Где все, со мною кто, в монашеских одеждах,
А пёс соседский по ночам протяжно воет.

Ты только будь, а я уж буду непременно
Хранить в себе тепло твоих ладошек милых,
И по ночам в строках крушить и резать вены
Воображаемой чредой ножей и вилок.

Ты только будь… уже и лето цветом розы
Спугнуло май с набравших сок целебный лилий,
А там и высь родит июнь, июль и грозы,
И то, что мы с тобою вместе сохранили.

Свой листопад златой и дождь грибной на косы,
Свою тропу из прошлых лет к опушке леса,
Где так хладны, когда темно, на травах росы,
А утром, глаз коли — туманная завеса.

Прошёл уж век с тех пор, когда расстались молча,
И разошлись по сторонам своим и прочим,
Теперь вот жду свою луну с оскалом волчьим,
А ты бежишь, завидев свет тот лунный, с ночи.